By using this website, you agree to the use of cookies as described in our Privacy Policy.
  • image

Франсуа ле Клерк (Fransois le Clerc)

Франсуа ле Клерк (в ином написании: Леклерк), французский корсар (? – 1563 г.), промышлявший на Карибах и в Атлантике, вошел в историю пиратства не только потому, что его рейды принесли добычи на $ 7,5 миллиона. Ле Клерк со своей командой были первыми европейцами, атаковавшими испанские галеоны с золотом. Кроме того, Франсуа ле Клерк – первый из пиратов, кто использовал протез нижней конечности.

Ему пришлось прибегнуть к протезу после того, как он лишился ноги в одном из сражений. Кстати, протез обеспечил ему прозвище: «Свиная Нога» (Jambe de Bois). И еще один штрих к личности этого человека: будучи воспитан в христианской вере, ле Клерк всегда был убежденным католиком. Его руки не были обагрены кровью ни одного священника!

Родом ле Клерк был из Нормандии. Это был зажиточный человек. Ему, в отличие от многих его коллег по ремеслу, не было необходимости служить под чьим‑то началом, дожидаясь, когда корабль попадет в руки пиратов, к которым ему можно будет потом примкнуть. Ле Клерку было куда проще: он снаряжал в рискованные экспедиции собственные корабли. Мало того, не довольствуясь личными походами, ле Клерк находил возможным и правильным финансировать чужие пиратские рейды, с которых – в случае удачного их завершения – он, естественно, получал свою долю.

 

Пираты, служившие под началом ле Клерка, его любили и преклонялись перед ним. Он славился своей храбростью и отвагой. Именно ле Клерк всегда первым запрыгивал на палубу атакуемого пиратами корабля! Впрочем, ему зачастую крепко доставалось – например, в ряде сражений с судами королевского флота Британии при острове Гернси (1549) ле Клерк не только получил серьезное ранение в руку, но еще вдобавок лишился одной из ног! Случившееся могло бы поставить крест на чьей угодно карьере, но к ле Клерку это никак не относилось. Руку он благополучно и быстро вылечил; а вот с ногой пришлось повозиться. Однако, будучи состоятельным человеком, ле Клерк мог позволить себе воспользоваться лучшими исследовательскими разработками того времени. И так случилось, что потерянную ногу ему удачно заменил… протез! Да, не обычная по тем временам деревянная нога, а именно протез: ле Клерк не только не желал ковылять по палубе, словно калека, – ему хотелось в полной мере восстановить свои функциональные способности! Очевидцы рассказывали, что наличие протеза ни в коей мере не уменьшило его прыти – боевой удалью он по‑прежнему умудрялся превосходить тех, кто, в отличие от него, сражался на своих двоих. За проявленные им превосходные воинские качества и изрядные заслуги ле Клерк был даже удостоен в 1551 году дворянского звания!

 

Не успев толком залечить свои раны, неутомимый корсар незамедлительно вышел в море и совершил немало крайне успешных рейдов против испанских торговых судов.

А в 1553 году французский король решился на занятный эксперимент: снарядить и отправить в Карибский регион специальную эскадру, которая бы одновременно была представлена как военными кораблями королевского флота, так и пиратскими судами. Ле Клерк горячо откликнулся на предложение монарха (некоторые источники даже приписывают авторство этого проекта именно ему) и возглавил объединенную эскадру. В состав ее вошли 10 кораблей; из них семь были пиратскими, а три – принадлежали королю. Один из королевских фрегатов ле Клерк сделал своим флагманом. Таким образом, в направлении Карибского моря от берегов Франции двинулась достаточно мощная эскадра.

Понятное дело, что массированного удара французской эскадры на островах Карибского моря никто не ожидал. Внезапность нападения, численность кораблей и огневая мощь позволили военным планам французов блестяще осуществиться. Первой их жертвой стал город Сан‑Херман на о. Пуэрто‑Рико. Надо заметить, что этому городку уже не впервой крепко доставалось от французских корсаров. Не стал исключением и этот раз: Сан‑Херман был вновь беспощадно разорен. Войдя во вкус, французская эскадра двинулась к побережью Кубы, где и вовсе не встретила никакого сопротивления. Французы вчистую разграбили все береговые населенные пункты, не брезгуя ничем. После Кубы настала очередь знаменитого городка Лас‑Пальмас на Канарах. Кстати, именно там пиратам удалось захватить роскошную генуэзскую каракку (четырехпалубное судно).

Далее источники расходятся.

Согласно одним, ле Клерк, вполне удовлетворившись богатейшей добычей, повел эскадру домой, а на следующий, 1554 год он вновь вернулся на Карибы во главе эскадры из восьми кораблей, на борту которых находилось свыше трехсот солдат. По другой же версии, французы не стали возвращаться к родным берегам, а продолжили свой грабительский рейд. По ходу дела они первыми из европейцев высадились на острове Санта‑Лючия, находившемся на границе Карибского моря и Атлантического океана. Вблизи Санта‑Лючии располагался Голубиный остров. Ле Клерк счел его исключительно годным для того, чтобы атаковать с него проплывающие суда испанцев, и, как всегда, оказался прав!

Как бы то там ни было, но в 1554 году французы избрали своей целью самый крупный кубинский город – Сантьяго‑де‑Куба. Гарнизон был совершенно бессилен перед мощью французской эскадры. Город пал, а французы на протяжении целого месяца стали его полновластными хозяевами. Они отплыли не ранее, чем собрали колоссальный выкуп с незадачливых и безропотных кубинцев. Урон, нанесенный Сантьяго‑де‑Куба, оказался настолько серьезен, что некогда процветавший город совершенно захирел, уступив пальму первенства Гаване. Уделом же населения Сантьяго‑де‑Куба отныне была лишь нищета…

Удовлетворившись наконец размером добычи, ле Клерк направил корабли эскадры к берегам родной Франции. Свидетельства о характере его деятельности в последующие несколько лет большей частью отсутствуют; вполне возможно, что на своих кораблях он предпринял еще не один пиратский набег. Доподлинно известно, что в 1560 году он напал со своими кораблями на побережье Панамы, причинив тамошним селениям невероятный урон. А оказался он там лишь потому, что собирался перехватить богатый караван испанских кораблей, в чем также преуспел.

А в апреле 1562 году произошло событие, которое сделало ле Клерка из чуть ли не национального героя… – предателем!

Вот как это случилось.

В ряде провинций Нормандии неожиданно вспыхнули бунты протестантов. Английская королева Елизавета I, норовившая пресекать религиозные волнения в корне, тотчас же снарядила войска, которые, стремительно высадившись в портовом французском городе Гавре, заняли его почти на год. Казалось бы, ле Клерк непременно должен был броситься на выручку своим землякам. А он избрал, неведомо почему, совсем иной путь. Ле Клерк… примкнул к англичанам и сражался на их стороне.

Объяснения его поступку нет.

Он был богат, знатен, влиятелен.

В награде от британской короны уж он‑то никак не нуждался!

Но произошло невероятное: ле Клерк не только способствовал проникновению английских войск на территорию Нормандии, но еще принялся нападать на своих кораблях на французские суда! По истечении года ле Клерк обратился к королеве Елизавете с просьбой воздать ему по‑королевски за предательство. Речь шла о внушительной пенсии, которую ле Клерк желал получать пожизненно.

Королева отказала ему!

Ле Клерк оказался в безвыходном положении. Англичане его не жаловали, несмотря на то, сколько ле Клерк всего для них сделал. А родину свою корсар предал, так что рассчитывать на что‑либо иное, кроме смертной казни, ему теперь не приходилось.

Что оставалось делать ле Клерку?

Спасаться на своих кораблях в море.

Именно так он и поступил.

Все тщательно взвесив, ле Клерк двинулся к Азорским островам. Выбор его был далеко не случаен. Расположенные в Атлантическом океане, Азорские острова, по сути, являлись центром торговли между Европой, Индией и Америкой. Их гавани принимали галеоны, груженные золотом и сокровищами, вывезенными из Перу и Мексики.

Именно там ле Клерк рассчитывал утешиться, заполучив добычу, которая позволила бы ему смириться с потерей родины. Однако этому не суждено было свершиться. В том же 1563 году ле Клерк погиб в одной из первых же схваток, намереваясь захватить сразу же несколько испанских галеонов с золотом. Судьба, можно сказать, все‑таки оказала ему милость, высшую милость, на которую вправе рассчитывать лишь истинный воин, каким был ле Клерк, – встретить смерть не на больничной койке, а с оружием в руках…

Related Articles