История пиратства

Пираты, корсары,

флибустьеры, рейдеры.

Реклама

Бартоломео Португальский (Bartolomeo Portugues)

(1630?–16??), Португалия

Этот пират был исключительно нетерпим к людям и жесток, а также на редкость неудачлив. Он пытался нападать на корабли в Карибском море. Его редкие триумфы сменялись сокрушительными поражениями. Это в известном смысле и предопределило всю его судьбу. Историк пиратства, да и сам пират – Александр Эксквемелин, повествуя о Бартоломью Португальце, сообщает: «О страшной жестокости этого пирата у испанцев знали все. Однако его походы не принесли ему почти никакой выгоды. Я видел, как он умирал в такой нужде, какую редко встретишь на свете».

Судя по всему, у Бартоломео Португальского (или Бартоломью Португальца, как его чаще звали) появилась возможность заняться буканьерством начиная с 1655 года – то есть после того, как Ямайка была завоевана англичанами. Наиболее яркие моменты, характерные для начала пиратской карьеры Бартоломью Португальца, стали известны нам благодаря замечательному повествованию Эксквемелина. Он отмечает, что, когда Бартоломью Португалец покинул Ямайку «…на его барке было четыре орудия и тридцать человек команды». Совсем неплохо для начала!

Бартоломео Португальский (Bartolomeo Portugues)

Бартоломью Португалец

Бартоломью Португалец направил свой барк к побережью Кубы. От пиратов, с которыми ему приходилось сталкиваться в ямайских тавернах, он неоднократно слыхал о том, как богаты тамошние воды кораблями, чьи трюмы просто трещат от всяческих ценностей. Ему также было известно, что, высаживаясь на берег, пираты практически не встречали сопротивления со стороны местного населения, безропотно позволявшего обирать себя до последней нитки. В надежде на легкую и серьезную добычу Бартоломью Португалец уже мечтал, как вернется на Ямайку настоящим богачом. Тем не менее быстро добиться желаемого ему не удалось. Он терроризировал побережье, добившись того, что жители вздрагивали от одного лишь упоминания его имени. Впрочем, особых ценностей Бартоломью Португальцу не перепало. Отличаясь упорством и веря в свою удачу, он предпринял еще одну экспедицию, твердо рассчитывая захватить множество торговых кораблей. Однако его очередной вояж оказался, мягко говоря, отнюдь не безоблачным.

Но давайте обратимся к сочинению Эксквемелина: «Дойдя до острова Куба, он близ залива Коррьентес повстречал корабль, шедший из Маракайбо и Картахены в Испанию через Гавану. На этом корабле было двадцать пушек и семьдесят солдат, а также пассажиры, матросы и разные путешественники. Пираты после недолгого совещания решили напасть на корабль. Они бросились в атаку очень смело, но испанцы выдержали их натиск. Пираты повторили атаку и захватили корабль, потеряв всего человек десять убитыми и четырех ранеными. Весь корабль попал в распоряжение пятнадцати пиратов, испанцев же живых и раненых осталось человек сорок». Казалось бы, результат морской баталии оказался в итоге благоприятен для Бартоломью Португальца и его команды. Но этому пирату явно недоставало одного важного умения: добившись триумфа, он был не в состоянии его сохранить!

Так получилось и на этот раз.

«Ветер был не попутный для возвращения на Ямайку, и пираты, испытывая недостаток в воде, решили идти к мысу Сан‑Антонио (на западном берегу Кубы). Не дойдя до мыса Сан‑Антонио, они неожиданно натолкнулись на три корабля, которые шли из Новой Испании в Гавану. Корабли изготовились к бою, и затем испанцы захватили пиратское судно и взяли разбойников в плен. Но пиратов больше всего сокрушало, что они потеряли богатую добычу: ведь на корабле было сто двадцать тысяч фунтов какао и семь тысяч реалов в звонкой монете».

Оказавшись пленниками испанцев, пираты не питали иллюзий по поводу своего будущего: доставка в Испанию (или же в ближайший испанский порт), стремительный суд и виселица. Именно такой конец и был им уготован. Однако, как оказалось впоследствии, этой истории было суждено завершиться иначе.

«Через два дня после всех событий разразился жестокий шторм, и всю флотилию разметало в разные стороны. Флагман, на котором находились пленные пираты, прибыл в Кампече. На корабль тотчас же поднялись купцы, чтобы выразить благодарность капитану. Они узнали пирата, сеявшего ужас на всем побережье своими убийствами и пожарами. На другой день на борт корабля поднялся судья и попросил капитана отдать ему пирата. Капитан не отказался. Но ни у кого не хватило смелости отправить предводителя пиратов в город. Испанцы боялись, что он убежит, как уже не раз случалось, и оставили его на борту, чтобы на следующий же день соорудить на берегу виселицу и повесить его».

Бартоломью Португалец, на свое счастье, неплохо владел испанским языком. Это позволило ему узнать о готовящейся участи. Стремясь любым путем избежать гибели, он «…взял два сосуда из‑под вина и крепко заткнул их пробкой. Ночью же, когда все заснули, кроме часового, стоявшего рядом и следившего за каждым его движением, он попытался проскользнуть мимо, но это ему не удалось. Тогда он бросился на часового и перерезал ему горло, причем часовой даже не успел издать ни звука. Пират бросился с кувшинами в воду и выбрался на сушу. Затем он спрятался в лесу и провел там три дня. Уже на другой день солдаты с утра высадились на берег, чтобы изловить пирата. Но хитрец следил за ними издали. Когда солдаты вернулись в город, он отправился вдоль берега в местечко Эль‑Гольфо‑де‑Тристе (расположенное примерно в тридцати милях от города Кампече)». Это путешествие было под силу лишь очень самоотверженному человеку с железной волей. Шутка ли, Бартоломью Португальцу пришлось пересечь около 120 миль по пустыне. Как повествует далее Эксквемелин: «…добирался он туда целых четырнадцать дней. Это был очень трудный путь, пират страдал от голода и жажды – ведь по проторенной дороге идти ему было нельзя, там его могли схватить испанцы. Четыре дня ему пришлось отсиживаться на деревьях, не спускаясь на землю. Деревья эти весьма необычны: они растут на берегу, и корни у них тянутся словно ветки, так что по ним можно перебежать с дерева на дерево, хотя сделать это довольно трудно. Все четыре дня у него не было ни крохи еды, правда, в сосудах была вода. Он обманывал голод, вылавливая мелких рыбок, которые на вкус подобны улиткам. По пути ему пришлось пересечь большую реку, а плавал он очень плохо. Но коли человек попадет в большую беду, то на ум ему приходит такое, до чего никогда бы он не додумался в обычное время. Пират нашел на берегу старую доску, прибитую волнами. В ней осталось несколько гвоздей. Он выбил гвозди камнем и заточил их так, что они стали острыми и хорошо резали. С их помощью он нарезал лыко, связал несколько древесных стволов и сбил таким образом плот, на котором и переправился через реку… Так он добрался до Тристе, где встретил пиратский корабль с Ямайки».

Это была команда буканьеров; они все были с Ямайки, оказавшись его земляками. Ввиду этого Бартоломью Португальцу удалось с ними быстро поладить. Эксквемелин подтверждает это: «…поведав команде свои приключения, он попросил дать ему каноэ и двадцать человек, дабы вернуть свой корабль, который стоял в Кампече. Пираты исполнили его желание, и восемь дней спустя темной ночью он подошел к городу и бесшумно взобрался на борт. На палубе думали, что на этом каноэ кто‑то решил доставить на корабль разные припасы, и, разумеется, жестоко просчитались. Пират захватил корабль, и его люди быстро снялись с якоря и подняли паруса. На борту оказалось еще много товаров, однако деньги уже унесли».

Что касается добычи, то, согласно современным историкам, Бартоломью прихватил именно золото, выказав пренебрежение к прочим товарам, хотя, скорее всего, не мог не догадываться об их ценности. Видимо, он рассудил, что перенос всего груза может занять много времени, а ему явно не терпелось побыстрее скрыться. Вот он и приказал ограничиться лишь золотыми слитками.

Подобный триумф может оказать расслабляющее действие на психику любого человека. Так, собственно, произошло и с Бартоломью Португальцем. Он «…теперь возомнил, что фортуна и впредь будет сопутствовать ему. Но как раз тогда, когда он решил, что все беды миновали, злая судьба подстерегла его снова. Взяв курс на Ямайку, он недалеко от острова Пинос, лежащего к югу от Кубы, в пору, когда подул южный ветер, налетел на рифы Хардинес. Проклиная все на свете, он был вынужден вместе со всей командой покинуть корабль и вернуться на Ямайку на каноэ. Там он оставался недолго и вскоре снова собрался за добычей, но счастье и на сей раз ему изменило».

Дальнейшие попытки Бартоломью Португальца заполучить важные трофеи на море оказались безрезультатными. Практически никаких упоминаний о нем после той достопамятной экспедиции, насыщенной головокружительными приключениями, больше не встречается.




© 2010 - 2017 Все о пиратах